Случайность, или очень плохой знак..? Последние пару недель тугой комок напряжения в груди Гарри Поттера только рос, наполняя сердце и разум мрачной тревогой. Дурное виделось ему всюду — во взглядах людей в Бирнамском лесу, в шелесте развесистых деревьев над сводами их палаток, в слишком часто снующих к Рону посыльных с письмами. Унять этот мучительный вальс тревожных мыслей в собственной голове он был не способен, все время ожидая новостей, хоть и обещал лучшему другу доверять ему и быть терпеливым. Но каждую минуту, когда Гарри не был сосредоточен на деле, мысли его уносились к Джинни. Он нарочно не спрашивал у Рональда, куда тот забрал сестру, будто боялся все же сорваться в один момент. Эта неизвестность сжирала его изнутри. Доверяя отдельным людям, Гарри все еще не позволял себе полагаться на всю "машину" сопротивления целиком. Не так давно старшие командоры на какой-то своей встрече решили, что Гермиона Грейнджер из командирского кресла пересядет в кресло ученого, и переедет в Бирнам. Гарри был рад приезду подруги, но не мог перестать думать: что стоит этим старшим точно так же попробовать вмешаться в их с Джеймсом жизнь? Или дотянуться до Джинни, решив, что им виднее, как будет правильнее... Ощущение того, как сосредоточение подобной власти в чьих-то руках напоминает систему, против которой они начали однажды борьбу, Поттеру становилось тошно. Ему необходимо было отвлечься от своей паранойи, но он уже не был мальчишкой, готовым выбросить все мысли из головы ради тренировки по квиддичу, как это бывало в школьные годы. Когда-то полет дарил ощущение свободы и азарта, от которого захватывало дух и хотелось сосредоточиться лишь на поимке крошечного шарика цвета золота. Теперь же все было в прошлом — купив Джеймсу его первую игрушечную метлу, Гарри понял, что даже не в силах объяснить сыну, почему эта игра когда-то так нравилась ему. От любви к игре и полету будто ничего не осталось — зияющая дыра в том месте, где раньше теплело при воспоминаниях о гриффиндорской сборной и триумфальной победе в чемпионате. Той самой, когда они с Джинни Уизли — его любовью, его женой, матерью его сына — впервые поцеловались. А теперь Джинни ни о чем не помнила — может быть даже о поцелуе. И хоть слова Рона и давали надежду, Гарри словно не мог позволить себе рассчитывать на успех. Потому что слишком боялся потерять ее снова.

Именно страх потери и привел его в конюшню недалеко от озера Круш. Грифон был прав — ему было здесь не место. И все же, услышав имя Ли Джордана, Гарри не смог стоять в стороне. Он уже устал терять, устал думать о том, что еще кто-то из бывших школьных товарищей может просто в одночасье погибнуть. Срочность была на его стороне — времени на подготовку группы прикрытия просто не было. А Гарри был готов, быстро выудив из своих запасов склянку оборотного зелья, поблескивавшего тусклым лиловым оттенком. И у тех, кому необходимо было принять решение, просто не оставалось выбора. Ведь все понимали цену промедления, когда на кону стоят чьи-то жизни.

Всю дорогу Гарри был молчалив. Кивнув Грифону, когда тот занял позицию возле окна, он отошел к двери. Вокруг конюшни было тихо — казалось, что лошадей уже долго здесь не бывало. На земле у входа не было ни одного следа от копыт — только цепочка отпечатков чьих-то мелких лап. Приглядевшись, Гарри решил, что это был ёжик успевший ковылять здесь до них, а потом нахмурился, и заклинанием удалил отпечаток собственного ботинка, оставшийся в сыром углублении. Ничто не должно было привлечь к ним внимание раньше времени.

— Ты прав, — прозвучал чужой голос, когда Гарри все же заговорил.

В нем слышалась такая усталость, что было ясно — он просто не хочет спорить.

— Но вот я здесь, — чужая фраза отзывается на его губах словно эхо. — Так что давай лучше подумаем про ответственность за еще чью-то жизнь, может хотя бы ее мне не придется тебя уговаривать разделить.

Иронично, что все беспокоятся за жизнь Гарри Поттера, словно ответственны за нее больше, чем он сам. Пальцы левой руки коснулись нагрудного кармана с лиловой пуговицей — того, где лежал пакетик перуанского порошка. Тревожное чувство надвигающейся угрозы только росло, и разговор не помогал унять его.

— Понял, — Гарри нахмурился. — Но не отставай слишком сильно. Сам же не хочешь, чтобы я за тобой вернулся, когда... кхм, сено... окажется подальше отсюда.

Отредактировано harry potter (2025-08-28 19:13:07)

[indent] Джон медленно брел по коридору, любой другой человек на его месте возможно задался вопросом почему именно он, почему такая срочность, а главное почему требуется человек с другого отдела. Но его лицо не выражало казалось вообще никаких эмоций, сказано прийти, он идёт, всё остальное уходит на задний фланг. И он так же не обращал внимание на мужчину, который наблюдал за ним издалека, который уже знал зачем позвали аврора из другого отдела. В какой-то момент произошла внезапная рокировка и вместо Долиша на задание отправляется Фредди. Не то, чтобы ему это не нравилось, он обожал вылазки в "поле", а не просиживать мантии в душных кабинетах, кстати ещё один неоспоримый плюс - избавиться от осточертевшего предмета гардероба и надеть что-то более удобное.
[indent] Не прошло и пяти минут, как аврор уже вышел от начальства, бросил короткое безэмоциональное:
- Поздравляю, - и продолжил свой путь. Ну точно робот. Аж мурашки берут. Может у него медовый месяц. Взгляд Фреда прилип к алому отпечатку зубов, выглядывающему из воротника, так что он только кивнул усмехнувшись своим мыслям и тоже направился по своим делам. Готовиться к облаве.
[indent] Когда же он наконец познакомился с теми, кто будет сопровождать его в задание, то понял, что его решили сделать квочкой, которая будет носиться за своими цыплятами, чтобы не попали никакие неприятности. Единственное, что он о них знал до этого момента, что они  были стажерами в его отделе. На этом всё. Размытые пятна, мелькающие в общих коридорах, не известно принимали ли они участие хоть в каких-то боевых действиях. Ну и драккл с этим. Умрут - что ж расходный материал, выживут - значит с этим можно работать. Его отец как-то учил его плавать, ну как учил - завез на лодке на середину реки и сбросил в воду, а сам погреб к берегу. И ничего, он нахлебался воды, пару раз думал, что уже не выплывет, и когда сил уже совсем не оставалась ноги коснулись песка. Он всегда выбирается, не смотря ни на что и ни на кого.
[indent] Прошло несколько дней, когда одна из наводок дала результаты, Деккер смеётся, чуть не подпрыгивая от удовольствия, когда нащупывают остаточные магические следы беглеца. Ему хочется ускориться, наплевать на сон и отдых, только бы уже схватить добычу, это так манит, когда она так близко. Но ведь она куда-то бежит, она не таиться долго в одном месте, и с одной стороны кажется что мечется в предсмертных конвульсиях, пытаясь выбраться из ловушки, только вот, на карте прослеживался путь. Ветвистый, нелогичный, но путь, и он всё продвигался, отклоняясь от маршрута, но продвигаясь. Приходилось умерить свой аппетит, и возможно ожидание воздастся сторицей.
[indent] Но терпение не было его сильной стороной, после небольшого привала и восстановления сил, Фред решил, что хватит откладывать развлечение, пора к нему приступать. Пока малышня убиралась и собиралась, надо было как-то их что ли смотивировать, но так же он не был силен во вдохновляющих речах.
- Что детки, пора показать сопротивлению, как можно сочно и жестко отхватывать. - Фредди потянулся, прохрустывая косточки, и уже мысленно представляя как завтра будет праздновать успешное завершение задания. Но кусочек может и упасть, Фредди.

Подпись автора

вот мои документы

Крокодил Сэвидж, который «был аврорам в два раза дольше, чем ты на этой планете живешь, сынок» не вернулся с последнего задания. Задания, готовясь к которому, он отправил Айрис и Феликса в архив. Архив, который стоял себе двести лет до того как в него послали Борджин и Фроста. Фроста, который уже второй месяц проходил стажировку в другом отделе и "вообще должен быть благодарен, что тебя не вышвырнули из программы на прямую в Азкабан" Он не был благодарен. Скорее даже наоборот, хотя по прежнему, а может даже больше прежнего, хотел стать аврором и всем другим, что в это входит. Нет, он не был благодарен или счастлив на новом месте, он ходил как мрачная туча, в которой назревала гроза. Грозой мог оказаться план сладкой мести Айрис или что-то грандиозное, что докажет всем, что они недооценили Фроста, однако Феликс испытывал некоторые сложности сосредоточиться и собственными силами родить план. Поэтому гроза была образной, но настроение отсутствовало напрочь. Он пытался просто опустив голову следовать треннингу, выполнять задания, во всем слушаться и подражать Долишу. Со времен Хогвартса, когда за любое звание, баллы и оценки ему приходилось соревноваться с Борджин, он так тяжело не работал. Несмотря на все, что между ними произошло, в один последний раз она дала ему пинок под зад и зажгла фитиль мотивации. Без вдохновляющих речей, скорее даже неосознанно, но она дала ему новую причину работать не покладая рук, чтобы стать лучше нее раз и навсегда.

Миссия пришла очень вовремя. Задание выдали в тоненькой папке, ему как дополнительной палочке операции необязательно было знать все подробности. Колдография знакомого лица, ведь Ли Джордан давно не последний человек в Англии, несколько общих колдографий с "известными соратниками" и примечание жирными буквами "возможно употребление оборотного зелья" - на это Феликс закатил глаза. Даже такой молодой и неопытный стажер как он прекрасно понимал, что толку от этих колдографий меньше чем от коллекционных карточек из шоколадных лягушек. Правда на одном из известных соратников Фрост заметил часть татуировки, которая выглядывала из под рукава на биципсе - кончик рыбьего хвоста - и сам для себя решил, что когда это задание закончится успехом, то он наколит себе русалку, символически, в знак первой официальной миссии. Праздновать, так праздновать.

Алые искорки костра погасли мгновенно, как только он направил на них палочкой. Их с Айрис работа за последние пару дней было собирать и разбирать вещи, а так же носить их на себе, сидеть на мокрых листьях и дежурить пока Деккер спал. Фрост был не против, но ему уже стало надоедать ничего не делать, а только слышать обещания про когда наконец-то будет сочно и жестко, поэтому он очень надеялся, что наконец-то этом момент и правда настанет. От части, потому что ему хотелось домой, принять горячий душ и перестать постоянно контролировать себя, чтобы не смотреть в сторону Борджин. С другой стороны, потому что ему не терпелось наконец-то стать частью этого исторического момента, о котором он читал в учебниках и газетах. То, что начал "Молот Ведьм", что привело к краху его семьи - сегодня Феликс наконец-то будет частью чего-то большего, более значимого, сегодня он сам начнет ковать свою судьбу поступками, а не только бредовыми желаниями.

Ловко собрав последние из их вещей и засунув их без особого внимания в магически расширенный рюкзак, Фелиск полностью проигнорировал Айрис и ее колкий комментарий. Из всей его ментальной тренировки за последние два месяца, это все еще давалось ему сложнее всего. Большую часть своей жизни он провел реагируя на ее голос, двигаясь, когда она двигалась, все его существование было анимировано рефлексом реагирующим на биоэлектрическое поле Борджин. А когда в тот проклятый день в архиве они наконец-то столкнулись с неизбежной кульминацией, которая была очевидна всем вокруг, корме них самих, что-то в голове, и не только, Феликса наконец-то встало на свои места. В нем как будто болтик подтянули и все то, что раньше было как-то расплывчато и не четко вдруг приобрело цвет, форму, текстуру, вкус... И несколько волшебных часов он прибывал в чувстве полной гармонии - все на свете приобрело смысл. Чтобы взорваться и разлететься на миллиарды кусков.

- Если мы разделимся и зайдем с южной и западной стороны, то окружим их. Даешь добро, босс? - Вместо того, чтобы реагировать на Айрис, он вспомнил то, чему его учил Долиш. Оценил ситуацию, прикинул силы, предложил ход действий. А то, что этот ход действий отдалял его от Борджин было только плюсом.

Фрост наложил на себя заглушающие чары и быстро, но аккуратно, направился по тропинке собираясь слиться с деревьями и скрыться где-то в тенях, выжидая правильный момент атаки. Еще три месяца назад, он бы оттолкнул Айрис, не послушался бы Деккера и кинулся бы с боевым криком вперед. Но благодаря менторству и длительной ментальной подготовке, он сумел контролировать себя и выжидать правильный момент.

Идеальная тишина лужайки его не смущала. Он понимал, что скорее всего каждый из игроков сегодняшней партии владеет магией и волшебной палочкой, а значит все заклинания, которые помогут прятаться, проскользнуть незамеченными или слиться с фоном будет применены. Следующим ходом он наложил на себя невербально Дезиллюминационное заклинание и моментально в голове звучит насмешливый голос Айрис, который говорит, что если Феликс сейчас споткнется и свалиться на землю, то его никто не услышит и не увидит, и он станет самым большим препятствием. Но Фрост отмахивается от этого голоса, который больше ему не указывает, и продолжает свое наступление.

Когда где-то совсем неподалеку до него доносятся приглушенные голоса, он опускается на колени и притаившись за огромным деревом пытается разобраться что он слышит. Очередной урок усвоенный совсем недавно - иногда надо слушать, понимать ситуацию, и реагировать уже на то, что происходит на самом деле, а не бросаться с головой в омут и разбираться по ходу поступления информации. Да, возможно это очень банальный урок, которые большинство детей усваивают до десяти лет, но Фрост особенный. Главное, что он сейчас следует этой стратегии.

- Авис, - пробормотал Феликс, выпуская из кончика палочки пару птиц в сторону откуда пришел. Это их сигнал, обозначить место нахождение. В лесу птиц навалом и в этом есть и плюсы и минусы такого хода, но в основном, Фрост считает, что часть своего задания он выполнил на ура и пытается не думать о том, где и что сейчас делает Айрис. Затаившись, Феликс ждал следующих наставлений и хода противника.

Отредактировано felix frost (2025-09-15 07:07:56)

Облегчение, пришедшее вместе с появлением Пифона и Бруно, отдается в груди у Гарри болезненно и стыдливо. Он рад видеть Ли живым — полушутливый тон лучшего квиддичного комментатора всея Хогвартса заставляет губы дернуться в подобии неуместной улыбки. Но сейчас нельзя позволять себе даже миг послабления. Их встреча — только начало самой сложной части всей операции. Время для радости наступит потом — когда они доберутся до форпоста. А сейчас Гарри лишь позволяет себе задержать рукопожатие чуть дольше, чем стоило, вкладывая в этот жест все то, для чего сейчас не нашлось момента.

— Ну уж нет, сегодня ты гвоздь программы, — хрипло усмехается он, хлопая Бруно по плечу, и замолкает, чтобы тоже послушать дальнейший план.

Впрочем, совсем удержаться от комментариев не выходит.

— Придется тебе прикинуться тюфяком, — шепчет Гарри, толкая Ли локтем в бок, и вновь умолкая под внимательным взглядом Грифона, которому не слишком понравились шутки про тюфяк сена.

Поэтому оставшуюся часть плана Бродяга слушает в молчании, подав голос лишь под конец, чтобы подтвердить — все понятно. Все вопросы он уже задал Грифону за время их ожидания, а иные — не требовали ответов вовсе. Было очевидно, что будь другой способ — надежнее, чем тащиться вдоль берега с беглым магом в розыске, сидящим в тачке набитой сеном — они бы уже нашли его. Но время вечно играло против сопротивления, заставляя выбирать меньшее из зол, лучшее из дерьмового. Лицо Гарри дергается, когда тот привычным жестом бросает взгляд на потрепанные наручные часы. До конца действия его зелья еще около сорока минут. Пальцы машинально нащупывают флягу во внутреннем кармане, а после привычно тянутся к палочке. Приходится остановить себя. Правда, в этот момент Гарри думает, что было бы здорово, если бы палочки им вообще сегодня не пригодились.

Снаружи их встретил легкий, едва уловимый порыв летнего ветерка. Подождав несколько секунд, пока глаза привыкнут к темноте, Бродяга обернулся на товарищей и первым шагнул на тропу. Слегка оторвавшись, он вразвалочку двинулся вперед, заложив руки в карманы куртки. Воздух был влажным и пах озерной водой — это навевало воспоминания о Черном озере и гигантском кальмаре, которые Гарри гнал прочь. Весь превратившись в слух, он обшаривал взглядом каждый дюйм тропы перед собой, внутренне понимая, что вряд ли возможные преследователи будут столь наивны, что дадут просто так увидеть себя.

А потом где-то сбоку раздаются хлопки крыльев птиц, которые будто бы резко снялись со своего места, и Бродяга вздрагивает и замирает, не завершив свой шаг. Издалека он не может определить, кого именно услышал, и уж тем более не способен разгадать их природу. И все же он думает: если птицы поднялись в воздух, то кто-то мог их спугнуть. Колебания занимают всего секунду — наклонив голову, он негромко и протяжно свистит, делая шаг ближе к стоящему возле дороги дереву, будто надеясь, что в случае заварушки оно поможет слиться с местностью и сделаться непростой мишенью.

Но на самом деле Гарри чертовски хочет лишь одного — ошибиться сейчас. И чтобы птицы оказались лишь птицами.

Отредактировано harry potter (2025-12-03 16:51:38)

[indent] Наблюдая всё это время за переглядками малышей, и вечными подначками, особенно со стороны девчонки, напрашивался только один вывод.
- Может уже потрахаетесь? Могу даже дать время, десять минут хватит? - он усмехается осматривая то одну, то другого, ему даже плевать кто-то иметь будет, главное чтобы они закончили этот цирк с конями, - Нет? Тогда закончили балаган. Да, Феликс даю добро. Можешь выдвигаться на запад. Айрис, ты проберись к хижине, проверь что там, после двигайся в мою сторону. В экстренных случаях действуй по обстоятельствам. Можно было идти одной большой кучкой, но тогда бы они продолжали бы отставать, а может быть окончательно потеряли бы след, у него нет задачи всех вывести живыми, есть задача схватить предателя и притащить его назад. А живого ли? Что ж, посмотрим по обстоятельствам. Хотелось верить, что там будет где развернуться и поразвлечься с парочкой прихвостней этих крыс. Идея была хороша, и видимо карту все изучили тщательно, раз из возможных вариантов выбрали самый действенный.
[indent] Он бесшумно двинулся в нужном ему направлении, стараясь двигаться как можно бесшумно, скорее делая это про привычке, чем из-за того, что его могли заметить. Местность и так была безлюдная, кажется последняя деревенька была за много километров отсюда, и попасться могли какие-нибудь незадачливые путешественники магглы (что ж это будет их проблема), егеря, следящие за порядком, или те, кого они выслеживали. Больше вариантов не было. А значит ошибиться было почти невозможно. В любом случае всё остальное будет сопутствующим ущербом. На войне без него никуда. Вот его нынешний главный ущерб это сигареты, может сам дым и маленький огонек и не должен сильно выбиваться, но вот запах, запах был инородным для леса, и сразу как будто усиливался. Поэтому последняя сигарета была выкурена ещё на стоянке, и хоть прошло совсем ничего, но пальцы зудели и хотелось, если не прикурить, то хоть пощелкать зажигалку, чтобы немного отвлечься.
[indent] Фредди припал к земле и приложил ухо, хотя вокруг и так была почти полная тишина, но лес всё равно жил своей жизнью, где-то скрипели деревья клонящиеся от внезапного поднявшегося ветра, пели на разных лад птицы, копошились какие-то зверушки в листве или кустах, убегающие, чутко улавливающие передвижения людей. Но самое главное тут не было домов, не было толп людей, не было гудящих машин и прочих благ цивилизации. Земля была прекрасным проводником звуков, и в этот раз она не подвела, затихающий гул донесся до его слуха, с каждой секундой становясь всё тише и тише. Кто-то отдалялся от него, но приближался к Феликсу, передвигаясь как будто на телеге. Стоило ему только подняться, как раздался протяжный свист, эхо которого подхватило окружение и распространило вокруг. В другом случае это могло сбить, но в сочетание с известными уже фактами, это лишь подтвердило догадку и стало путеводной звездой, направляющей точно к своей цели.
[indent]  Деккер стремительно двинулся в нужное направление, мягко передвигаясь в своих мокасинах, уже на ходу он вытащил один из ножей, кровь начинала кипеть, и в какой-то степени ему было всё равно кто попадётся сейчас ему на пути, враги или заблудившие крестьяне, хотелось уже крови. Наконец появилась цель, слабо различимый силуэт, даже не понятно мужской или женский, может вообще звериный, но выделяющийся. Он лишь на секунду притормозил, бросив зачарованный клинок, тут не требовалось остановиться или прицелиться, главное было кинуть и главное чтобы перед ним была цель. И он стремился к ней. Но что-то пошло не так.

Подпись автора

вот мои документы

Единственный способ отделаться от искушения — поддаться ему, а Феликс знал пару вещей об искушениях. За свои долгие восемнадцать с половиной лет Феликс успел столкнуться с бесчисленным множеством вещей, которые оставались для него недосягаемыми и потому превращались в искушения, запретные плоды, к которым он тянулся, зная, что не всегда сможет их получить. Он жаждал статуса и богатства, а его родители, лишенные всяких амбиций, выглядели совершенно довольными жизнью в крохотной квартире над пыльной лавкой, куда им "разрешили" перебраться. Его отец, ранее министерский любимчик, превратившийся в простого торговца. Но что с них взять, выпускников Хаффлпафа и Рейвенкло: они радовались "честно" зарабатывать себе на жизнь.

Сам же Феликс жаждал власти, денег, стремился взбираться по социальной лестнице, будто от этого зависела сама его жизнь. А ведь она и зависела, в этом колесе режима, в котором они все крутились. Искушения и испытания следовали за ним все школьные годы, подсовывая возможности лишь для того, чтобы вновь и вновь проверять его характер на прочность. Ну и стоит ли вообще говорить о ней - олицетворение искушения, жившая, чтобы крушить его душу и ломать ему пальцы за то, что он осмелился попытаться дотянуться до неё. Вновь вспыхнувшая злость на Айрис наполнила Феликса силой, заострила мысли, словно лезвия. Благодаря практичным урокам Долиша он научился превращать эмоции в оружие: такие же острые клинки, какие любила Борджин.

Он быстро оценил обстановку. Огляделся, прислушался. Воздух становился влажнее, пахло болотной водой и гниющей листвой, тот самый густой, вязкий запах, от которого даже дыхание будто становится тяжелее. Казалось бы, обычные фермеры стояли и переговаривались, но один из них, самый заточенный на вид, раздал распоряжения, которые остальные поспешили выполнять. Тачка с горой сена тронулась, и безобидные на первый взгляд магглы выстроились в шеренгу, двигаясь организованно, почти по-военному. Именно в этот момент периферийным зрением Феликс увидел красную вспышку. Айрис. Она метила в главаря группы. Типично для нее - порывисто, напоказ, без тени осторожности. Гораздо разумнее было бы начать с последнего в колонне: обезвредить его бесшумно, а потом ударить по остальным, пока те не опомнились. Но нет, Борджин только что громко, со всем размахом, объявила их присутствие.

Ну что ж, оставалось лишь присоединиться к веселью. Феликс вышел из своего укрытия, оставаясь под действием Дезиллюминационных чар, благодаря чему его силуэт сливался с фоном леса. Он прицелился в широкую спину замыкающего колонну и метнул заклинание:

- Stupefy!*

Яркая алая вспышка ударила мужчину прямо между лопаток, швырнув его в сторону на несколько футов. Фрост не испытывал ни малейшего стыда, атакуя в спину, и тут же переключился на следующую цель: мужчину, правившего подозрительно нагруженной телегой.

- Imperio**, - произнёс Феликс с ледяной уверенностью и направил свою волю в сознание фермера. Фрост сосредоточился, словно пробираясь через загроможденное пространство, пытаясь нащупать ту часть разума, что держала штурвал, и заставить ее отпустить его.

- Пора везти тачку ко мне, - произнес он вслух будучи еще новичком в использовании непростительных проклятий, ему приходилось проговаривать свои приказы, чтобы добиться желаемого эффекта. К счастью, ни Айрис, ни Фредди не были поблизости, чтобы услышать, как он бормочет наставления себе и жертве. Но чары вроде сработали: бедняга-маггл выглядел растерянным и послушно стал разворачивать телегу с сеном в сторону Фроста.

Поскрипывание колес тачки успокаивает Ли достаточно, чтобы он смог расслабленно довериться членам сопротивления, сопровождавшим его. Он уже начинает придумывать, что сделает в Бирнаме. В первую очередь, ванна. Не душ, а горячая, полная пенных пузырей ванна и радио-приемник с маггловской волной, которая скрашивала ему одинокие дни и ночи в бегах. Затем - найти Сьюзан. Им удавалось поддерживать связь через эти новомодные сообщения в телефонах, однако это не было даже близко похоже на реальное общение. Из плюсов - им удалось обсудить некоторые спорные моменты в их отношениях. Из минусов - крепко сжать ее в объятиях захотелось еще сильнее. Уже на последнее место по срочности, но не по важности, Ли ставит хорошенькую гулянку с друзьями, которых он видел лишь мельком последние годы. Им требовался мальчишник, включающий запой на неделю, не меньше, где он будет подробно и во всех деталях рассказывать о том, как скитался по лесам и полям, и слушать последние новости сопротивления и их жизней.

Из мыслей о прекрасном Джордана вырывает голос девчонки, вспышка заклинания, новые выкрики над толстым слоем сена. Ли напрягается и сжимается: все его нутро требует сейчас же поднять голову и посмотреть, что происходит. Вмешаться, встать на защиту, помочь в бою. Но в голове его звучат наставления Грифона, и парень с шумом выдыхает воздух, закрывая глаза. Он выбирает молчать и прислушиваться, наблюдать за битвой из прикрытия. Они здесь ради его безопасности, и подставляться - значит обесценить их готовность на жертву. Обратившись в слух, Ли слегка разворачивается и легкое движение сена привлекает внимание Пифона.

- Сиди тихо, - шепчет он, останавливая тачку.

Только что за его спиной с гулким грохотом отлетел Деннис, и мужчина оборачивается назад, театрально охая. Он широко раскрывает глаза и хлопает себя по бокам, делая вид, что крайне удивлен сложившейся ситуацией. Секундой ранее в сторону полетел Бродяга, и Пифон остался один на один с нападавшими, если не считать "сена". Мужчина начинает причитать, топтаться на месте и замечает, как малец, что целился в Грифона, уже наставил палочку на него. "Вот же сукин сын, молоко еще на губах не обсохло, а уже непростительными кидается", думает Пифон и с трудом сдерживает порыв закатить глаза или кинуть что-нибудь в ответ. К счастью, опыта парня не хватает, чтобы даже коснуться сознания старого вояки, и тот хмурится, продолжая разыгрывать маггла.

- Да вы что же творите! Понакупают своих фейерверков, а потом люди страдают! Вы что, что вы с ними натворили?

Кряхтя и охая, мужчина мгновение топчется на месте, думая, не броситься ли ему на выручку Поттеру. Грифон-то сам придет в себя, а вот этого мальца им потерять никак нельзя. Все сопротивление вздернет его на дыбе, если мальчик-который-выжил будет потерян в бою с парой подростков. Высунув из рукава волшебную палочку, он пытается незаметно найти Бродягу невербальным Ennervate, но забывает, что заклятье взрывается яркими искрами прежде, чем долетает до цели.
Чувствуя, как волоски на его затылке зашевелились, он говорит свое "Драккл подери" и резко поворачивается, вскидывая волшебную палочку в сторону того самого мальчишки, что уже приблизился к тачке максимально близко.

- Ну, что же... Stupefy!

Услышав, что даже Пифон врывается в бой, Ли не сдерживается. Он понимает, как мучительно его сопровождение рассыпается и терпит неудачу в сохранении легенды, но надеется лишь на то, что его неожиданное появление даст ему преимущество.

Понимая, что как только он покажет голову над кучей сена, ему тут же прилетит град ругательств от парочки Грифона с Пифоном, он все же слегка выглядывает из-за ее бортика и замечает, как там, где только что находился Гарри, появляется девчонка, которая, должно быть, и вырубила его. Выскочив из тачки, он бежит в ее сторону, на ходу крича:

- Expelliarmus!

Отредактировано lee jordan (2025-12-09 20:31:28)

Прямо в яблочко.

Фермер пошатнулся и завалился на бок, глухо ударившись об землю. Щит Айрис спал с последними буквами произнесенного заклинания. Она стояла у кромки леса, по-прежнему направив палочку в сторону мужчины, только теперь полностью беззащитная от чужих глаз. Впрочем, едва ли это было проблемой.

В отдалении послышались выкрики — не только знакомые голоса, но и чужие. Кажется, Деккер совершенно точно не ошибся с их целью, по крайней мере это точно маги. И раз бойня у хижины уже началась, вряд ли кто-то внезапно на нее выскочит — уж Фрост и Фредди должны были занять остальных.

Борджин опустила палочку и ступила на тропу. После булькающего под ногами леса, твердость дороги ощущалась особенно приятно. Сапожки выглядели плачевно, но ничего такого, что нельзя было исправить одним чистящим заклинанием позже. Хотя нынешняя ситуация давала столько простора для развлечения.

Айрис подошла к парализованному фермеру, пытаясь всмотреться в его лицо. Мужчина завалился на бок, что слегка затрудняло ее исследование, поэтому, поставив ногу ему на плечо, Борджин надавила, размазывая грязь по дешевой одежде. Все также сжимая в руках нож, мужчина перевернулся на спину, как оловянный солдатик — ни одна конечность не шевелилась, взгляд был направлен в одну точку, и от чувства, что он может ее слышать и видеть, но не способен ничего сделать, по коже пробежали мурашки.

— Ну приветик.

Нога так и осталась на плече, Айрис слегка наклонилась, вглядываясь в лицо незнакомца. Бесполезно — внешне он не был похож на кого-либо из разыскиваемых Министерством, да и едва ли в сопротивление берут кучу несчастных фермеров — наверняка все трое ходят под обороткой.

Все это действо занимает не больше пятнадцати секунд, она собирается снова направить палочку на свою жертву, но краем уха слышит приближающийся шум, а затем выкрик заклинания, на который не успевает отреагировать.

Чертовы Фрост и Деккер. Ладно Фелекс, не сказать, что на него были большие надежды, но как Фредди смог упустить одного из них? Может вся его бесконечная бравада, длившаяся все эти чертовски длинные дни, на самом деле не представляет из себя ничего особенного — просто легкий пшик в воздух, завернутый в обертку грозного Министерства.

Перед тем, как палочка выскакивает у нее из рук и ударяется об землю где-то позади, Айрис впивается взглядом в очередного абсолютно незнакомого мужчину. Кажется, его она вообще раньше не видела, хотя один черт, все эти фермеры похожи один на другого — выглядят нелепо и воняют смесью из земли и травы.

Рука Борджин тянется к поясу, быстро вытаскивает из него два зачарованных ядовитых клинка и кидает в сторону волшебника. Стараясь использовать выигранные секунды, она кидается за палочкой, лежавшей в паре метров от нее рядом с тропой.

Когда Айрис ступает на траву, ее нога едет на влажной листве, и она глухо ударяется коленом об землю, сжимая зубы от боли, но палочку успевает схватить.

Только бы это промедление не стоило ей жизни.

Целиться времени нет, пущенное врагом заклинание может уже лететь ей в спину, поэтому Борджин резко оборачивается, и направляя палочку в сторону, где ей кажется и стоял волшебник, выкрикивает:

— Круцио!

Отредактировано iris borgin (2026-01-09 14:23:20)

Закостеневшее тело перестало слушаться Гарри, но он пытался бороться. Силился пошевелить хотя бы одним из мускулов и преодолеть действие наложенных чар, но ожидаемо в этом не преуспел. Лишь зрачки задвигались, когда кто-то перевернул его на спину. Из под густых нависших бровей его темные глаза смотрели на незнакомое девичье лицо. Вот значит в чью засаду они угодили? Вспышка заклинания выхватила из темноты прядь медных волос, и сердце болезненно заныло в груди, напомнив о Джинни. И о том, что Гарри в очередной раз близок к тому, чтобы подвести своих близких.

Он помнил план и знал, что вопреки этому плану его вряд ли бросят, не попытавшись спасти. Даже если бы Поттер предпочел пожертвовать собой ради школьного друга — стал бы Ли вообще спрашивать его мнение... Поэтому когда что-то коснулось тела, Гарри сначала подумал, что подошла подмога. Но затем услышал совсем рядом знакомые свистящие звуки. А через пару мгновений возле его лица, стремящегося к земле застывшей щекой, показалась треугольная голова в темной чешуе. Гарри знал, что ядовитых змей в Британии меньшинство — и все же сегодня ему повезло повстречать именно такую.

Ему казалось, он ничего не сможет сказать. Но змеиное шипение почти не требовало артикуляции. А может чары стали слабее, когда заклинатель на время лишился палочки? Думать об этом времени не было, поэтому Гарри просто попросил, не слишком веря в успех. Не шевеля губами, на парселтанге, доставшемся ему от Воландеморта:

— Помоги...

Он и сам не знал на что надеялся — рассчитывать на то, что гадюка напугает вооруженных волшебников так же сильно, как когда-то питон в зоопарке испугал одиннадцатилетнего Дадли, было наивно. И все же это было лучше, чем просто лежать и ждать своей участи. Но когда змея скользнула прочь, коснувшись его руки, он подумал, что ничего не вышло.

Гарри продолжал смотреть перед собой, не оставляя свои попытки пошевелиться вопреки магии. Он не видел, как ядовитая змея скользнула в сторону сквозь влажную траву и вонзила зубы в ногу рухнувшей на колено девушке — как раз над плотным краем сапога, защищавшего щиколотку.

Отредактировано harry potter (2026-01-18 00:20:48)