FRANK & ALICE LONGBOTTOM
25 · Pb · Авроры · ОФ

Spike Fearn & Angourie Rice

- Слабо?
Не помню, кто сказал это первым. Фрэнка я вообще не помню без себя. Лонгботтомы и Боунсы знали друг друга задолго до нашего рождения, поэтому в детстве нас регулярно отправляли в одну комнату и надеялись к вечеру найти там обоих живыми. Желательно - невредимыми.
- Слабо залезть на крышу?
- Слабо украсть ежедневник Амелии?
- Слабо выпить залпом настойку отца?
Фрэнку было не слабо примерно всё. Поэтому он вписывался в любую идею с той прекрасной детской непосредственностью, которая во взрослом возрасте называется отсутствием инстинкта самосохранения. Он с детства был большим, добрым и слегка бракованным. Терял вещи, забывал даты, падал там, где падать технически невозможно. Мог забыть палочку и полезть в драку без неё. Но ему никогда не было слабо. В этом весь Фрэнк.
Сейчас он аврор. На работе помнит запасные выходы, чужие позиции и заклинания, которыми в него стреляли три года назад. Дома ищет очки, которые у него на голове. Я знаю его почти двадцать пять лет. Мы прогуливали, дрались, напивались, спали на чужих диванах, просыпались неизвестно где и регулярно давали друг другу одно и то же обещание:
- Больше никогда.
Хватало примерно до:
- Слабо?
Потом появилась Алиса.
Я сказал:
- Слабо с ним встречаться?
Она посмотрела на меня так, будто впервые увидела человека, которого плохо воспитывали. Потом вышла за него замуж. Алиса вообще любит побеждать. Даже когда никто вокруг ещё не понял, что участвует в соревновании. Она любит планы, порядок и когда окружающие наконец делают всё нормально. То есть как она сказала.
А потом Беллатрикс решила сыграть с ними в свою версию «слабо». Слабо выдержать. Слабо не сломаться. Слабо потом продолжить жить. Им было не слабо.
Не без последствий. Не такими же. Но достаточно собой, чтобы не подарить ей остальное. Фрэнк после этого ещё крепче вцепился в Орден. Волдеморт для него больше не идея, он личный враг номер один.
С Алисой сложнее. План ей не нравится. Плебсу она иногда помогает. Некоторые мои идеи считает правильными, что должно серьёзно беспокоить всех окружающих. Но из Ордена не уходит. Там Фрэнк. Все привыкли, что Фрэнк сильный. Фрэнк выдержит. Фрэнк прикроет. Фрэнк пойдёт первым. Алиса знает продолжение этой последовательности. Фрэнк однажды не вернётся. Поэтому идёт рядом. Не чтобы он защищал её. Чтобы иногда успеть схватить его за воротник раньше, чем он в очередной раз решит умереть за всё человечество.
Мне нужен Фрэнк - забывчивый, неуклюжий, смешной человек с совершенно неисправным чувством самосохранения, который в нужную секунду почему-то всегда оказывается самым храбрым в комнате.
Мне нужна Алиса - контрол-фрик, чемпион мира по всему, где можно завести таблицу результатов, человек, способный организовать вечеринку, эвакуацию и государственный переворот с одинаково недовольным лицом.
Мы слишком давно знаем друг друга, чтобы всё это ещё можно было назвать просто дружбой.
Так что последний вопрос уже к вам:
- Слабо изменить будущее вместе со мной?

... Pyrites
Щёголь, любимец компании, талантливый Пожиратель
и безбашенный избалованный ублюдок, способный
устроить теракт ради двадцати минут шума.

Говорят, ты носишь белые шёлковые перчатки и время от времени художественно пачкаешь их кровью. Не знаю, кто первым добавил слово «художественно», но тебе понравилось. Ты в целом склонен к актёрству и драмам, красивым репликам, хорошему вину, шумным вечеринкам, сексуальным женщинам, картам и решениям, о которых любой жалел бы на следующий день, но не ты.
Ты можешь проиграть в карты годовой бюджет Уизли, ввязаться в дуэль с победителем, а потом подарить ему свои часы, потому что — ну, хороший, в общем-то, парень.
Ты не злой человек.
Просто счастливый.
С фамилией Пиритс мир с детства работал довольно удобно: деньги открывали двери, связи решали проблемы, а палочка помогала в тех редких случаях, когда первые два аргумента почему-то не срабатывали.
Наверное, поэтому война подошла тебе лучше мирного времени.
Если тебя спрашивают, почему именно Волдеморт, ответ наверняка менялся с годами. Род. Традиции. Будущее Британии. Право волшебников самим распоряжаться своим миром. Всё это ты способен произнести достаточно убедительно, если потребуется и если это будет соответствовать твоим интересам.
В конце семидесятых Пожирателям понадобилось минут на двадцать убрать Аврорат с одного участка Лондона. Основная операция проходила совсем в другом месте, а в Косом переулке требовалось устроить достаточно громкий переполох.
Оставалось выбрать объект.
Тебе в голову сразу пришла одна лавка. Ты даже не понял почему — просто несколько месяцев назад попытался купить там бутылку портвейна после закрытия, но хозяин отказался тебя обслуживать: не впечатлился ни фамилией, ни предложенными деньгами и вдобавок нахамил. По крайней мере, тебе так показалось. Ты давно забыл, что именно он сказал и с чего вообще начался конфликт.
Лавка стояла удачно: тесная улица, много людей, хороший обзор, несколько удобных путей отхода.
Заодно хозяин мудак.
Аргумента хватило.
Взрыв рассчитали правильно. Паника пошла по улице быстрее огня, авроры пришли туда, куда требовалось, а в другом конце города всё прошло практически без помех.
Позже тебе сообщили итог.
— Одиннадцать погибших.
Ты поднял взгляд.
— Серьёзно?
— Да.
— Многовато.
Небольшая пауза.
— А лавочник?
— Тоже.
— Ну хоть не совсем зря.
Среди одиннадцати были Роберт и Лианна Боунсы.
Они не были целью. Ты не знал, что они окажутся там, не следил за ними и не сводил старые счёты. Они просто вышли по своим делам и больше не вернулись домой.
Для Боунсов тот вечер поделил жизнь пополам.
Для тебя затерялся среди других хороших и плохих решений.
Сейчас Эдгар понемногу вытаскивает старое дело обратно на свет и уже знает, что нападение не было случайным.
До тебя он пока не докопался.
А дальше разберёмся в игре.